Олена Бондаренко: «Это не меня Нацрада допекла, а телевизионщиков, кабельщиков, радийщиков»
Народний депутат від Партії регіонів та її головний спікер у сфері медіа, непримиренний критик Нацради та скептик у питаннях суспільного мовлення відповідає на запитання читачів «ТК». Повний текст чату.
12 грудня на «Телекритиці» відбувся чат за участю народного депутата Олени Бондаренко. Пані Олена – депутат V і VI скликань, обрана за списком Партії регіонів. За рік роботи Верховної Ради минулого скликання вона, раніше невідома широкому загалу, стала одним із спікерів Партії регіонів, а також головним виразником інтересів цієї політичної сили у сфері медіа. Будучи першим заступником голови Комітету з питань свободи слова та інформації, Олена Бондаренко певний час фактично очолювала його. Під час виборчої кампанії 2007 року вона була куратором медійних питань виборчого штабу Партії регіонів. Тепер пані Олена збирається знову працювати у Комітеті з питань свободи слова та інформації та не припиняє критикувати своїх опонентів у Національній раді з питань телебачення і радіомовлення. Про це і багато іншого Олена Бондаренко розповіла, спілкуючись із читачами «Телекритики».
– Елена, почему вы так не любите заграничный опыт? Всегда открещиваетесь от него, как от чего-то ужасного…
– Маша, открещиваться можно только от бездумного применения даже самых положительных примеров зарубежья. Согласитесь, трудно натянуть платье, например, Мэрилин Монро на Богдана Ступку.
– Лена, вы историк по образованию, работали когда-либо по специальности?
– Спасибо за вопрос. По специальности работала очень недолго во время студенческой практики на 4-5 курсах. Великолепное время! В школе я вела 4-6 классы, это дети самого замечательного возраста: они пытливы, им все интересно, для них еще высок авторитет учителя.
– Елена, когда вы возглавляли пресс-службу Донецкой областной рады, вы размещали «заказуху» в местных СМИ про деятельность рады?
– «Заказуху» не размещала, но чаем с конфетами поила. К тому же многие журналисты знали, что в пресс-службе, которую на тот момент я возглавляла, они получат информационную помощь даже по тем вопросам, которые деятельности областного совета не касались. Для меня до слез приятным было то, что после моего ухода в Верховную Раду почти все журналисты моей малой родины сожалели при встрече, что теперь я не работаю в областном совете. Вот это признание!
– Что нужно Украине, чтобы у нее появилось общественное телевидение?
– Я бы задала вопрос по-другому. Что нужно общественному телевидению, чтобы оно появилось в Украине? Прежде всего, как ни странно, необходимо четко представлять себе концепцию общественного вещания. Затем необходим поэтапный план ее реализации. Затем финансовый план, подбор кадров, качественный продакшн. Это колоссальная задача для самых преданных апологетов самой идеи общественного телевидения. Из таких в Украине я знаю только одного человека – это Татьяна Лебедева, член Национального совета по вопросам телевидения и радиовещания.
– Вы уже определились, в какой парламентский комитет пойдете работать?
– Ну, конечно же, в Комитет по вопросам свободы слова и информации.
– Це правда, що ви хотіли очолити Комітет з питань свободи слова та інформації, але поступилися місцем вашій колезі по фракції Ганні Герман? Якщо так, то який підкомітет хотіли б очолити?
– Спасибо за вопрос. Правда то, что я имею амбиции возглавить мой любимый комитет. Однако это еще предмет обсуждений в самой фракции. Что касается моей коллеги Ани, то еще в прошлом созыве она уже определилась со своим призванием – она перевелась на работу в комитет по иностранным делам.
– За попередньою інформацією, в парламентському комітеті з питань свободи слова більшість належатиме коаліції (6 бютівців + 2 нашоукраїнці). Якщо ви знову підете туди працювати, то чи можна сподіватися на конструктивну співпрацю з таким розкладом сил?
– Безусловно. Судя по опыту работы в комитете предыдущего созыва, могу сказать, что несмотря на разные политические «прописки» подавляющее большинство моих коллег по комитету работали сообща, на результат, без ругни и демагогии. Комитет не место для политических разборок, это кузница судьбоносных решений для всей медиасферы.
– Які медійні законопроекти в першу чергу повинен розглянути парламент?
– Могу сказать только о себе и своей позиции. Согласитесь, было бы нескромным «расписаться» за весь комитет. Для меня важен мой законопроект по внесению изменений в закон «О Нацсовете» и наш общий коллективный труд предыдущего созыва – новая редакция закона «О рекламе».
– Ви наполягатимете на розгляді свого законопроекту про Нацраду? Чим вона вам так допекла?
– Это не меня Нацрада допекла, а телевизионщиков, кабельщиков, радийщиков.
– Як ви думаєте, чи зможе Україна перейти на цифру в 2015 році?
– Якщо такі безглузді рішення з приводу так званого розвитку цифри Нацрада з питань телебачення і радіомовлення прийматиме й надалі, то ні про яку цифру у 2015 році не може бути й мови.
– Як ви вважаєте, яке відомство в Україні має відповідати за впровадження цифрового телебачення? Зараз різні структури тягнуть ковдру на себе.
– Якщо вважати, що перехід до цифрового мовлення – це просто технічне «переобладнання» контенту (того контенту, який зараз є на каналах), то, безумовно, цією проблемою має опікуватися НКРЗ. Але якщо повернутися до питання контенту – без Нацради з питань телебачення і радіомовлення тут не обійтися. Вважаю, що не остання роль у цьому процесі належить профільнім комітетам Верховної Ради – з питань свободи слова та з питань транспорту та зв’язку.
– Коли в Україні з’явиться громадське телебачення та радіомовлення і чи з’явиться взагалі?
– Я вже частково відповіла на це запитання, але якщо вас цікавить моє особисте ставлення до перспектив появи суспільного мовлення в Україні, то вони досить далекі. Як зіроньки на небі.
– Ваша партия выступает за двуязычие. Значит ли это, что вы сами вместе с бывшим шефом Колесниковым, Ахметовым собираетесь наконец выучить еще и украинский язык?
– Мне очень приятно, что вы рассуждаете именно с позиции функционирования двух языков в Украине. Это значит, что вы признаете право русскоязычного человека говорить на том языке, на котором с ним разговаривала мама. Якщо ви помітили, я відповідаю двома мовами, але мені ще досить важко у вільному режимі спілкуватися українською. Проте мені це не заважає у моїй парламентській роботі. Україномовні колеги мене чудово розуміють.
– Понимаете ли вы, что ваше пребывание в парламенте с идеями общественного телевидения – профанация? Ведь ни «оранжевые», ни «голубые» в нем не заинтересованы. Создать его не получится.
– Возвращаюсь к вышесказанному: общественное телевидение – это далекая перспектива и сумасшедше тяжелая работа для самых горячих сторонников-профи в Украине. Я никогда не заявляла о том, что создание общественного телевидения – это позиция номер один в моем личном парламентском рабочем плане. Горько осознавать, что для тех, кто сейчас громче всего кричит об общественном телевидении, это всего лишь модная тема. И именно эти люди ничего в законодательном плане за последние три года обмусоливания этой темы для общественного телевидения не сделали.
– Ваше мнение о требовании Союза кабельного ТВ Украины и ассоциации «Донбасс-телесеть» о роспуске Национального совета в связи с его деятельностью, связанной с желанием «зарегулировать» отрасль до безобразия?
– Отчасти вы правы. Чего только стоит «перл» одного из членов Нацрады, который позволил себе в публичном режиме заявить, мол, кабельное телевидение – не бизнес, там сплошные бандиты, мешающие жить стране. Безусловно, в таком виде, в котором сейчас беспредельничает Нацсовет, его дальнейшее существование представляет особую угрозу для телеиндустрии. И вряд ли хоть один из руководителей хоть крупного, хоть мелкого телеканала в кулуарной беседе скажет что-то хорошее о деятельности Нацсовета. Из регуляторного органа он превратился в карательный.
– Чи не здається вам профанацією, що, захищаючи інтереси мов меншин, Партія регіонів зосереджується на правах російської мови (яка чудово захищається у Росії), натомість геть забуває про, скажімо, кримськотатарську чи гагаузьку мови, які представлені на території України і які справді потребують захисту, позаяк не представлені у жодній країні світу на рівні державних?
– Дякую за запитання. І дуже прошу не плутати дві зовсім різні речі. Я говорю про захист права розмовляти на рідній мові, а ви говорите про розвиток української мови. Якщо ж вас так само турбує доля мов інших нацменшин, пропоную «пиріг їсти шматочками»: оскільки найбільш кількісна меншина – російськомовна, а в нас так важко йде процес захисту її прав, то що говорити про менш чисельні мовні групи. Також мені не до вподоби, коли натуральне право спілкуватися рідною мовою підмінюють таким поняттям, як «кремлівський вплив».
– Елена Анатольевна, будете в Донецке – приглашаем вас на прямую линию в газету «Жизнь»!
– Спасибо, Дмитрий Михайлович, обязательно буду.
– Проконтролировать – кого, как и за что проверяет и наказывает Нацрада не имеет права ни один орган. Право – кого карать, а кого миловать – находится в совершенно эксклюзивных руках. Как вы считаете, необходимо ли менять эту позицию в законе?
– Спасибо за вопрос. Вы сами практически ответили на него. По всему видно, что вы хорошо осведомлены о так называемой работе Нацрады. В моем лице вы нашли сторонника.
– Идею общественного телевидения легко уничтожит бюрократическая машина Нацсовета с непомерно раздутым штатом. Или я не прав?
– Пока что нечего уничтожать
.
– Пані Олено, нещодавно стало відомо, що футбольний клуб «Шахтар» роздає журналістам цінні подарунки (про це писала «ТК»). Це суперечить етичним кодексам багатьох українських ЗМІ та абсолютно суперечить європейським стандартам журналістики. Як ви ставитесь до такої практики і чи не погодитесь підняти це питання перед своїми колегами по фракції і партії, які є власниками цього футбольного клубу?
– Дякую за запитання. Дуже делікатна ситуація потребує делікатного розгляду. Якщо ставити якусь оцінку, треба як мінімум знати думку з цього питання самого клубу. Може так статися, що у клубі навіть і не знали про якісь сувенірні обмеження з етичних міркувань. Законом дарувати такі коштовні речі не заборонено, але у професійному журналістському середовищі вважається неетичним. Це свідчить про рівень тих, хто дарував, і тих, хто брав такі подарунки.
– Хто може стати вашим (Партії регіонів) кандидатом на вакантні місця у Нацраді під час наступної ротації?
– Це буде досвідчена людина, це точно. Особисто я буду наполягати, щоб ця людина опікувалася проблемами всієї галузі, а не тільки інтересами якихось телеканалів. Така людина на прикметі в мене є. Але якась кандидатура – це результат колективного обговорення. Я тільки буду рада, якщо до моєї рекомендації дослухається парламент.
– За кого ви голосували у проекті «Великі українці»? (Або за кого проголосували б – якщо ви цього не робили).
– Я голосувала за Данила Галицького та Ярослава Мудрого. Мені важко дати оцінку сучасним особам, бо велике бачиться на відстані. Дуже замало часу пройшло для того, аби давати їм оцінку.
– Пані Олено, чому ви вирішили поміняти нардепство на членство в Нацраді?
– Дякую за версію. Але вона хибна
.
– Какая разница – от какой партии будут люди в Нацсовете? Главное – чтобы не были похожи на его теперешний состав.
– Абсолютно с вами согласна.
– Як ви пов’язані у своїй діяльності з Едуардом Прутніком?
– Самым непосредственным образом. Сфера одна. И название ей – медиа.
– Говорят, что вы поссорились с Борисом Колесниковым. Может, поэтому вы хотите стать членом Национального совета по телевидению и радиовещанию?
– По всей видимости, вам такую чушь нашептал тот, кто, возможно, спит и видит, когда же Бондаренко и Колесников поссорятся. Наши профессиональные споры – это лучшая вакцина от любых серьезных ссор. Согласитесь, что не каждый, даже пусть и экс-шеф, будет терпеть человека, который критикует его действия. Колесников – это не только позволяет, но и приветствует. Не дождетесь
!
– Раздутый штат, не раздутый – какая разница? Идеи там нет полезной для общества!
– Спасибо за поддержку. Такие отзывы для меня лучший индикатор того, что мои действия верны.
– Госпожа Бондаренко, всё-таки хотелось бы получить ваш ответ на конкретно заданный вопрос о вашем мнении о требовании Союза кабельного ТВ Украины и ассоциации «Донбасс-телесеть» о роспуске Национального совета в связи с его деятельностью, связанной с желанием «зарегулировать» отрасль до безобразия.
– Роспуск Нацрады, к сожалению, сейчас невозможен без желания Президента. Чтобы исправить данную ситуацию, в начале этого года я и внесла поправки в закон «О Нацраде» для того, чтобы хотя бы парламент перестал зависеть от Президента в вопросе кадровых изменений в составе Нацсовета.
– В таком случае кабельные операторы обратятся напрямую к президенту Украины с требованием заменить свою четвёрку. Могу гарантировать вам наши действия!
– Я гарантирую вам и свою подпись под данным обращением.
– Пані Олена, дозвольте поцікавитись, за які гроші вам зробив ремонт квартири пан Карпій?
– Спасибо за вопрос. Спросите у Карпия.
– Шановна пані Олено, як ви вважаєте, чому Діденко послуговується українською мовою, а Бондаренко майже ніколи? Адже ви законослухняний депутат!
– Я не знаю, хто такий Діденко. Але, мабуть, Діденко знає, що я народилася і виросла у російськомовному Донбасі. І якщо пану Діденку це не до вподоби, то це питання до психіатра
.
– Чи зможе Нацрада, на вашу думку, взагалі впливати на оператора телекомунікацій, який є тільки транзитером сигналу?
– Дякую. Ви читаєте думки депутатів. Зараз на підході у Комітеті нова редакція закону «Про телебачення і радіомовлення». Це питання там також обговорюється.
– Возможны ли официальные санкции Комитета по свободе слова в отношении оценки деятельности Нацсовета? Или Нацсовет игнорирует?
– К сожалению, политическая ситуация в стране не позволила мне и моим коллегам довести дело до конца. Дело в том, что еще весной этого года по моему настоятельному требованию была организована временная следственная комиссия ВР, которая и должна была изучить деятельность Нацсовета. Увы, недолугі указы Президента помешали полноценному расследованию. Если мне удастся возобновить работу комиссии, я думаю, мы узнаем много интересного. После таких «фактов» просто заводятся уголовные дела. Полагаю, что в правоохранительных органах найдутся ответственные люди, которые всерьез займутся этими нарушениями.
– Яким чином в Україні можна дати повний розвиток усім нацменшинам, зберігши при цьому ту співучу мову, яку ми називаємо державною?
– В мене є своє бачення як. Але для того, щоб не виглядати дилетантом, свої пропозиції з цього приводу я віддам до нового профільного комітету ВР. Для того, щоб наша солов’їна мова процвітала, треба перш за все створити систему мотивацій вивчення і вдосконалення вживання української мови.
– Возможно ли оценить состояние «свободы слова в Украине»?
– Свобода слова в Украине есть. К сожалению, она идет рука об руку со свободой вранья и полной безответственности за это вранье. Для меня свобода слова – это отсутствие любой системы цензуры. В Украине так и есть. Как, впрочем, и есть отдельные несистемные попытки подмять под себя свободное слово. Зачастую этим страдают местные власти. Это проблема роста, невысокой политической культуры и низкой гражданской ответственности.
– Не считаете ли вы, что коалиция в сегодняшнем составе – я имею в виду не столько амбициозность «помаранчевых» политиков, сколько численный фактор – при любых раскладов не имеет будущего. Коалиция из 227 депутатов – это довольно шаткая структура, потому что такое количество депутатов не сможет обеспечить стабильность этой коалиции, что и доказали вчерашние события в парламенте. Хотелось бы узнать ваше мнение на этот счет.
– Не буду оригинальна, но я тоже с трудом представляю, каким образом коалиция, имеющая перевес всего в два голоса, сможет постоянно обеспечивать принятие решений простым большинством. А о конституционном вообще не может быть и речи. Опасным выглядит желание некоторых «оранжевых» депутатов вернуть «схему Медведчука», которая предполагала голосования только по четвергам. Когда я слышу это, на ум приходит одна мысль: наши так называемые демократы по своим устремлениям и методам могут переплюнуть того же Медведчука. Это даже не трагедия, это фарс.
– Соответственно, логически исходя из моего вопроса, напрашивается вывод, что согласие Партии регионов пойти на досрочные выборы стало тем фактором, который нарушил политическую стабильность в стране и обернулось политическим кризисом. Не считаете ли вы это согласие ошибкой?
– К сожалению, политической стабильности в стране нет уже три года. Мое личное мнение, что досрочные выборы – это сценарий, придуманный не Партией регионов. Поэтому при обсуждении дальнейших наших действий после указа Президента моя точка зрения была воспротивиться досрочным выборам. Однако Партия регионов, слава Богу, руководствуется мнением многих людей, а не одного человека. И коль уж было принято решение идти на выборы, я ему подчинилась и взяла на себя большой кусок работы по проведению рекламной кампании.
– Будет ли ваш Комитет по свободе слова консультироваться с представителями общественных организаций кабельного телевидения?
– Да, как и в предыдущем созыве, мы пригласим всех желающих в рабочую группу для обсуждения всех профильных законопроектов. Готовьтесь к многочасовым битвам при обсуждении той или иной нормы!
– Где легче на данный момент реализовать свободу слова гражданину – в периодических изданиях или на телевидении и радио?
– Я не разделяю печать, телевидение, радио, Интернет на менее доступные и более доступные медиа. Поэтому не могу ответить вам на этот вопрос, не зная, что именно в данный момент вас интересует.
– Вы сказали, что вы из Донбасса. Откуда именно? Из Донецка?
– Родилась в городе-спутнике Донецка – Макеевке.
– Каким образом с вами может связаться Союз Кабельного телевидения Украины для дальнейшего обсуждения вопросов нашей отрасли ?
– Удивлена вопросу, так как практически со всеми знаковыми фигурами кабельной отрасли знакома. Это и Анипченко Василий, и Лабунский Юрий и многие другие. Но, по всей видимости, с вами мы точно незнакомы. Поэтому оставляю вам свой электронный адрес:
bondarenko_e_a@ukr.net
– Скажите, когда Верховный Совет положит конец тому беспределу, который творит Национальный совет по ТВ и РВ. Неужели количество проигранных судов этой организацией не указывает, что они что-то неправильно делают. Вы посмотрите на эти внеплановые проверки и эту травлю операторов кабельного телевидения и спутниковых каналов!
– Спасибо за вопрос – скорее даже не вопрос, а крик души. И что самое страшное, этот крик не единственный, он давно превратился в хоровое пение. Могу сказать, что в Верховной Раде у меня есть единомышленники, которые не только знают о нацсоветовском беспределе, но и помогают бороться с ним. Вода камень точит. Несмотря на то, что Нацсовет сейчас находится на пике своего властного влияния, управа на него найдется. Первое, что мы попытаемся сделать – это ограничить политическое влияние на этот орган. И необходимые законопроекты уже есть.
Цифрове телебачення..і Україна. 
